чтобы поместить сообщение или комментарий вам нужно войти под своим логином

логин

пароль

регистрация
забыл пароль



ДЕЙСТВО - тексты песен



Сила мечты
Всё случается в жизни: глупость и зло,
Непотребные мысли, суетность слов.
Нужно лишь не вестись, остаться собой,
Сохранив свою жизнь для цели другой.
Демон трезвых суждений, здравый резон
Ввергнет в бездну сомнений, в праздность и в сон,
Но всегда поднимает сила мечты
И сердца очищает от пустоты.
Так пусть живёт мечта, но только та,
Что безупречна и чиста.
Так пусть ведёт звезда, но только та,
Что не изменит никогда,
Поскольку только сила мечты и сила звезды –
Стимул освобождения от суеты.
Всё случается в жизни: глупость и зло,
Непотребные мысли, суетность слов,
Но всё мёртво, кроме власти вечной мечты –
Обретение счастья и красоты!
 
 
Королева Любовь
- Королева Любовь,
что ты делаешь здесь
Среди стольких сердец беспокойных,
Среди звёздных небес,
Что ты делаешь здесь???!!!
Королева Любовь ……
Изначальное слово, ведущее вдаль.
Голос.
Первооснова.
Усталая сталь.
Отражённое эхо.
Расхристанный страх.
Каракатица смеха.
На чёрных устах.
Гордый город клубится
сверкает
шипит,
Но глазам очевидцев мерещится вид
Небывалой земли, где витает она, -
Вся из чистого блеска, прозрачного сна
Королева Любовь …

Нелегальна дама.
Надменная стать.
Мы веками гадали, надеясь понять,
что ты? –
Тихое зверство, слепая возня,
Иль великое бегство от всех, от себя
Непреклонные лона бесстрастных пространств,
Непреложные ложа низложенных царств,
Хрестоматия жизни,
Планет круговерть,
Риск на грани каприза,
Побеждённая смерть,
Обращённые числа эпох и времён,
Обобщённые смыслы стихов и имён,
Исступление, изумления,
Иль суление искупления,
Иль глумление
над смятеньем рабов –
Королева Любовь ….
Облучённая солнцем,
Воплощённая в вечном,
Облачённая таинством чистосердечным,
Лишь одна берегиня священного древа
(Пауза. Тишина.)
Вот ОНА – КОРОЛЕВА!!!
Королева – Королева Любовь.
….
Одиозные оды гремите из бездн
Чтобы дрогнули своды бездонных небес!
Отвратись, коль не веришь, - а веришь – смотри:
Как вздымаются руки
Как входят цари
Как горят алтари
и над всеми парит
Королева небес, королева земли
Мириадами звёзды падают
Серенадами ветры радуют
Торжества пройдут
Божества падут
Лишь она не устанет сиять
Глянь на небо! Глянь на небо любой.
Глянь на небо и увидишь сейчас
Спеть
песню ни о чём
песню ни о чём
Так прекрасно спеть.
Смерть
бьёт живым ключом,
золотым ключом
Открывает смерть
Сияние
небес воцарилось здесь
На пороге дня
И я встречаю блеск
бесконечный блеск
Выбираю я.

 
Блеск
Прочь!
Чёрную грозу,
вздорную грозу
Утро гонит прочь.
Ночь
ни в одном глазу,
ни в одном глазу
Пусть проходит ночь.
Так
просто и легко,
просто и легко
Пусть всё будет так!
Мрак
грозный далеко,
очень далеко
Самый грозный мрак.
Нет
не было и нет
радостей и бед
Не было и нет.
Свет
лучезарный свет,
бесконечных лет
Лучезарный свет.
Там
в сказочной дали,
красочной дали,
Он сверкает там.
Нам
этот свет любви, -
яркий свет любви –
Всё подарит нам.
Королеву. Королеву Любовь,
Что нисходит и снисходит до нас.
КОРОЛЕВА!
КОРОЛЕВА Л Ю Б О В Ь !
 
 
 
 
Комедиант

У распахнутых небесных врат
Не стоять тебе, комедиант,
Променявший райский сад на вертоград – театр.
Ты беспечно выбираешь сам
Бесконечный млечный океан
Необъятным мировым туманом пьян.
Этот туман развеется едва ли,
Видишь шалман на пёстром карнавале –
Полный стакан, ночные фестивали ждут.
Он тут как тут – лукавый виночерпий –
Радостный плут и мастер превращений
Странных минут, опасных приключений культ.
Ты читаешь время наизусть,
Ты сжигаешь на конфорках грусть,
Ты блуждаешь в лабиринтах чувств, так пусть.
Ты среди всех – обычный посторонний,
Знающий сленг, принц виноградной крови,
Врач чёрных флегм, убийственных ироний суть.
Здесь твой приют, весёлый виночерпий,
Грамотный шут классических течений
Кончен маршрут – космических кочевий путь.
Эй, шансонье, колдующий у рампы,
Мудрой змее поющий дифирамбы,
Здесь, на земле, мы лишь комедианты.
* * *
Хватит,
в неразберихах время тратить
Из надоедливых занятий
лепить свой крест
Счастлив –
кто ищет вечность в одночасье
Кто ощутил своё причастье
к путям небес.
Солнце –
лучами чистыми прольётся
В пустые тёмные колодцы
страстей земных
Солнце –
в глазах сиянием зажжётся
Игрою радостных эмоций
наполнит миг
Рифмы
ворвутся в праздничные ритмы
Разгонят звуками молитвы
тоску времён
Боги,
покинув дебри мифологий
Испепелят твои тревоги
святым огнём
Двери
в чертоги сказочных феерий
Откроет творческой химеры
широкий жест
Счастлив –
кто видит вечность в каждой части, -
Кто ощутил своё причастье
к делам божеств.
Не терпит покоя
Огнедышащий зверь
Его ноздри и зубы – станки и трубы
Подвластны огню
Раскалённые слябы, стальные губы
Катают в броню
И шипит, и грохочет железное сердце
Зажатое в плен
Словно хочет рассыпаться и разлететься
Осколками стен
И я чувствую, как крепко втянуты в этот
всесуточный зуд
Все рождённые тут
Все живущие тут
Все умершие тут.
И во мне этот зуд живёт
И ведёт меня
В смутный вечер, в ночной обход,
В передряги дня
Я увижу всё, я запомню всех
На своём пути.
Я возьму на себя этот маленький грех.
Прости …
Над Волонтёровкой
Гарью тёрпкою
Небо дышит.
Ночью мёртвою
Тенью вёрткой
Проскользну – и никто не услышит.
Я уйду обвеян, облаян
Теснотою рабочих окраин.
Шорох кулис – мы начинаем Действо!
Снова вернись, обманчивое детство,
Вечная жизнь, сердечного блаженства рай.
 
 
 
Осень

Всё это только миф –
знаешь и ты об этом
Станешь и ты другим –
твёрже и холодней
Всё лето гостем быв
ты распрощался с летом
Плотно к груди прижав
ржавое жало дней
Гость злополучный лез
к случаю – в лотерею:
В горсть заполучит бес
тучные небеса
Осенью у небес
лучшая бакалея
Капает без конца,
капает без конца
Золото и кармин –
космос сырого парка,
Красками накормил
хищные пасти глаз.
Лопасти ветра бьют –
листья сгорают ярко
Лопается в глазах
пышный, цветной оргазм
Грубая новизна
вывернет на изнанку
Вырвет изъяны, смяв
хлипкую требуху
Хрупкая ночь без сна
выльет анализ в банку
Вытрет из раны дня
липкую шелуху

Ночной обход

Над Волонтёровкой
Гарью тёрпкою
Небо дышит.
Ночью мёртвою
Тенью вёрткой
Промелькну – и никто не услышит.
Ветхие дома
Закружила тьма
В шуме тополей.
Веки опаля
Спать легла земля,
Но не спится ей.
Берега,
да рукав реки
В море впился иловым устьем.
Дыма серые парики
Над живым захолустьем
Меж заборами, там, где рай
пьяным утробам
Промелькнёт заплутавший трамвай
красным гробом
Город сник после чёрной работы.
Споры кончены.
День – остатком кровавой рвоты
У обочины.
Говор смолк и шальные фары отгорели
Проникающие удары настигли цели.
А теперь тишина, да кривая луна,
Только ей не верь
Там вдали за рекою
Или дальше - на побережье,
Где дома и деревья реже,
Где срываются в море кручи
В заповедной тоске ползучей!
Где разносят седые волны
Берегами глухие звоны
Что ты ищешь? О чём ты шепчешь?
Пустотой ли безмерной бредишь
Или сгустком солёной жизни?
Необъятное покорись мне.
Всё это только миф –
станешь и ты подобен
Тёртому калачу,
мёртвому палачу.
Всё это только миг
вновь твой сентябрь пробил
Осень сулит дары –
шепчет – Озолочу.
 
 
Стабилизец

Вечереет. Спадает темь.
Вечный трепет съедает день.
Городишко офонарел.
Коротышка пропал в норе.
Кто тут знает как нужно жить;
Коротая судьбу влачить;
Месяцами деньгу копить;
И с концами концы сводить?
Колошматит холодный дождь –
Льётся с неба, вгоняет в дрожь;
Жмётся к стенам, гуляет бомж.
На ночь глядя куда пойдёшь?
Месяц грязник – сырой октябрь
Мир раскрасил в седую хмарь
Месит грязь луж, галдит базар, -
Ведь зима уж катит в глаза.
Каждый вечер горит экран
Незалеченных телеран
Нам вещают, что, наконец,
Наступает С Т А Б И Л И З Е Ц !
 
 
В пути

Что ты хочешь?
О чём ты шепчешь?
Это вечер – всего лишь вечер
Где-то там – в глубине расстоянья
Оживут наших тайн изваянья
Не названья им, не признанья –
Только зыбкие очертанья.
Что ты хочешь, о чём ты шепчешь?
Дело к ночи, в запасе вечность.
Уж в пути мы, уж мы в вагоне
На разгоне огней агония
Да предчувствие новых снов
Сквозь порывистое дыхание
Сколько нам осталось часов
Непрерывного колыхания
В полумраке ночной плацкарты?
За стеною играют в карты
А попутчики словно совы
Молчаливы, хмуры, суровы,
Всем туда – в глубину расстоянья.
Семафоры, узлы, разъезды,
Остановки у сонной бездны
Бесы
Нашей воли толкают поезд
Часовой разрывая пояс.
Что ты ищешь? Куда ты? Где ты?
Ночь съедают пары рассвета
Уж из серого дыма скоро
Долгожданный возникнет город
В дымных трубах, бездомных домнах
Ты почувствуешь себя дома?
А жизнь, как лифт подъездный:
То бросает ввысь,
То стоит на месте,
То сползает вниз.
Жизнь, как лифт подъездный:
Крыша лишь да дно,
Всем давно известно –
Выше не дано.
 
 
* * *
Сумерки умерли
Вечером зимним
В тусклые туники
Плечи вонзили
Узкие улицы
В сумраке синем
Вдруг, обессилев, застыли в стекле.
Комнаты скомканы
Призрачно тихо
Мысли раскованы
Скучной интригой
Нам уготовлены
Тысячи бликов –
Глаз полыхающих тайным огнём
Умиротворенье входит в наш дом
Умиротворенье мы стережём
Грей, батарея, лампа – гори
Умиротворенье нам подари.
 
 
* * *

Пусть вдоль
призрачных вех
Земной
тянется век
В плену существования
В уповании
этих на тех
Сквозь тьму
вечность грядёт
Всему
есть свой черёд
Над выдуманным миром
Ждёт тебя
прощальный полёт
Дни истекли:
Кровью, соком земли
Ветры отпели
Дожди отзвенели
Травы отцвели –
Мы остались одни
- Смотри –
меркнут лучи
Храни
трепет свечи
Зима поёт белугой
Гулкой вьюгой
в стылой ночи
 
 
Жизнь – это лифт
/ На тему Болана /
Тот
Старый кот,
Что живёт
На этаже,
Видит
Исход
Наперёд
И ждёт
Уже.
Жизнь, как лифт подъездный:
То бросает высь,
То стоит на месте,
То сползает вниз.
Врёт
Пьяный чёрт,
Что до черта знает он
Прёт –
В чёрный ход,
Что ведёт
В секретный дом.
Жизнь, как лифт подъездный:
То сползает вниз,
То стоит на месте,
То бросает ввысь.
Вот
Твой черёд
Тихо жить
И молча ждать.
Год
Напролёт
В грязном лифте кнопки жать
И наступает бред, что всё тебя пугает:
Пугает внешней тьмой и скрежетом зубов,
И причиняет вред, и жизнь твою ломает,
И лает, и рычит, и отравляет кровь.
Король взбешён и зол, вся свита разбежалась,
Лишь карлы и шуты забились в закутки,
Король выходит гол, и, вызывая жалость,
Взывает и кричит, вздымая кулаки:
- О, конченая жизнь! – к чертям её, - в болото!
По новой мне налей, по новой мне налей
Причудливо ложись тусовая колода;
Шестёрки бьют тузов и кроют королей!
- Растраченные дни, раздавленная радость
скопление херни, хоть оторви, да брось …
- Забудься и усни, и ты узнаешь разность
реальности и сна, - зря душу не занозь.
Унылая луна над нытиком глумиться,
И нудного лгуна уламывает спать,
Скользнуть в объятья сна, бесчувственно забыться,
И получить сполна земную благодать.
 
 
Стучись
в двери опять
Учись
верить и ждать
Судьбы метаморфозы
Без вопросов –
просто принять
Дни истекли:
Кровью, соком земли
Ветры отпели
Дожди отзвенели
Травы отцвели –
Мы остались одни.
 
 
 
Эра Водолея

В понедельник, синевой давлея,
Наступала Эра Водолея
Погружались Рыбы в звёздный омут …
Разрывались швы, нарывы комнат …
Выходили в город не жалея …
…………………………………………
Ромодан увидел в феврале я
Пламень – Крысу, Эру Водолея
Грустный Валентин смотрел на небо,
Валентина щурилась нелепо
Там, вверху, в холодных сферах рея
Накалялось небо пламенея
Свет вставал над утреннею крышей
Лучезарной нутриею рыжей …
…………………………………………
Старый ельник в парковой аллее,
Понедельник – Эра Водолея
Вновь зима под солнцем окалея
Разомлеет, от тепла шалея
Новые болельщики болея
Вдаль уйдут по чёрной кромке льда
Наступает Эра Водолея
Говорят, мы станем чуть добрее,
Ледяную скуку одолея
С крыш польётся вешняя вода.
1996 год
 
 
Унылая луна

Унылая луна над нытиком глумиться
И нудного лгуна уламывает спать;
Скользнуть в объятья сна, бесчувственно забыться,
И получить сполна земную благодать.
Но долбит и трясёт проклятое похмелье,
Выводит из себя, заводит в никуда;
Желания снуют как крысы в подземелье,
Которые вот-вот заполонит вода.
Я засидел углы и проглядел все стены,
Я разрубил узлы, но новых навязал,
Изматерил весь свет в припадках злой измены,
Где много дней подряд бесцельно прозябал.
Я пью не за тебя, зашуганное стадо.
По новой мне налей, по новой мне налей,
Беспомощно любя свои больные чада
На цирлах скачет жизнь вокруг родных детей.
Стоит на месте цирк, все клоуны при деле,
Дешёвый балаган потрёпан и измят,
Валяются жильцы на вздыбленных постелях,
Забыв про весь кагал, неприхотливо спят.
Пустые этажи, прямые коридоры,
Гундосит и дрожит люминесцентный свет,
Унылая луна врывается за шторы –
И бесится в глазах, и наступает … бред.
 
 
Нальём,
будет к утру
начатый литр выпит
О чём
в пятом углу
плачет ФЛИБЕРТИДЖИББЕТ ?
Течёт,
время течёт,
не раскрывая тайны,
Ещё,
сколько ещё
дней и ночей шатанья?
 
 
Ветры весны
Мы опять неделимое делим
И шугаемся от новизны,
Но скользит отовсюду апрелем
И разит ароматом весны.
Вдоль холодных панелей, вдоль окон,
Вдоль артелей троллей нависных
Беспокойным весёлым потоком
Прорываются ветры весны.
Свежий вихрь прочесал частный сектор
И душистой волною накрыл.
Улыбается гнида – инспектор,
Что всю жизнь штрафовал и журил,
И братва улыбается тоже, наводняя собой пивняки, подставляя плебейские рожи
Под пронырливые сквозняки.
- Это ветры весны разбудили землю,
Ветры весны опьянили нас,
Ветры весны закружили землю,
Ветры весны – в добрый час!
Но зачем же топтать эту землю,
Претерпевшую обременять
Хищной глоткой приученной к зелью
Потороченный воздух хватать?
Боль внутри – никуда ей не деться –
Хриплый вопль костенеет в груди
Ты порой погружён в своё сердце,
Словно в тесный горячий рудник.
Шаромыги, бомжы, голодранцы –
Персонажи бесславных времён
Нам бы в жизни своей разобраться
Навести капитальный ремонт.
Мимолётные страсти-мордасти;
Всё гнилое, дешёвое – вон!
- Утопить в вешней грязи напасти -
Вековую душевную вонь!
Только мы неделимое делим
И шугаемся пред новизной,
А апрель остаётся – апрелем
И весна остаётся – весной, -
По прозрачным аллеям алеет
Атрибутикой римских пиров,
И маячит над ней Марк Аврелий –
Предводитель весенних ветров.
Снова ветры весны закружили землю,
Ветры весны опьянили нас,
Ветры весны разбудили землю,
Ветры весны – в добрый час!
 
Мозги,
подрастеряв,
мечется горемыка:
К таким
злым номерам
публика не привыкла.
Пойми –
всё только миф,
маленькое причастье,
Лови
крохотный миг –
карликовое счастье,
Тебе,
пьяный червяк,
в пятом углу валяться,
Ты всё
понял не так –
зрители веселятся.
И ты
станешь как все,
пусть недосуг, да мелко,
Крути
круг в колесе –
очередная белка;
Ну, вот
новый виток
так нестерпимо тесен
Идёт –
словно итог –
таинство синих песен.

Алкоголизм

Ещё,
сколько ещё
дней и ночей шатанья?
Плечо,
чьё-то плечо,
чьё-то лицо шаманье;
Вокруг –
сети плетя –
белая грусть подкралась,
И, вдруг,
словно шутя,
похоронила радость.
Не жди,
смело входи,
чувствуй себя как дома;
- Один?
- ты не один, -
каждая мысль знакома;
Смешной,
ржавой фольгой
нынче короновали,
Того,
кто был собой
в ветошном карнавале,
Проник
новый жаргон
в распотрошённый улей,
У них
рожи горгон,
жесты, повадки фурий;

Романс

Я выйду поздно на свежий воздух,
Где дождик мелкий
Частит сквозь ветки
И в храме людном
В порыве смутном,
Забыв вопросы,
Проникнусь просьбой:
Пусть свет грядущий,
Сулящий кущи,
Во мне зажжется,
В груди забьётся,
Пусть этот вечер меня излечит
Огнём сусальной свечи пасхальной.
Я выйду поздно на свежий воздух
Пусть дождик мелкий
Льёт как из лейки,
Но этот вечер меня излечит,
Согрев сусальной свечёй пасхальной,
Но этот вечер меня излечит
Огнём сусальной свечи пасхальной.
 
 

Лёгкость
О, украинские ночи –
Звёзд мерцающих клочья,
Аромат разнотравья
Без конца и без края!
О, приазовские степи –
С моря дующий ветер,
Хоровод междометий
В мировой круговерти!
И чувств обострённость,
И лиц озаренье,
И глаз искромётность,
И слов мишура,
И странная лёгкость,
И сила движенья,
Неопределённость
Всю ночь до утра.
Так много восторга,
И мудрой печали,
И радости строгой,
И светлой тоски,
Сулит нам дорога
В межзвёздные дали,
Которые стали
Не так далеки.
 
 
Незнайка

Пусть Гамлета положат
на помост …
Шекспир
Ты знаешь этот город изнутри –
Все щели, закоулки,
Ты видишь, как косые фонари
Моргают в синей мгле.
Ты знаешь этот город изнутри,
Ты слышишь голос гулкий,
Который что ни вечер – то кадрит
Бродить навеселе.
Ты знаешь этот город отродясь
И радуешься знанью.
В костюмы карнавальные рядясь
И заклиная смерть.
Ты знаешь этот город отродясь,
Но отдан на закланье
Покуда его образы, роясь,
Не заставляют петь.
Ты знаешь этот город наизусть,
Ты вызубрил напамять
Всё то, что умудрился разглядеть
На лицах падших звёзд.
Ты знаешь этот город наизусть.
И он тебя узнает,
Лишь стоит под фанфары загреметь
С подмосток – на помост.
1997
 
 
 
Цыганский темперамент
сквозь драйв луженой глотки
Пробившись души ранит,
таранит перепонки
Сомнения теряя
в безжалостном режиме,
Лишь удесятеряя
стремление к вершине …
Когда страна молчала
лишь ботая по фене,
В ней лира забренчала
сявотного Орфея.
Московского Хлопуши
неслось степное пенье,
Одну шестую суши
вогнав в оцепененье.
Дрожа шершавым криком,
живёт и дышит снова
В миру тысячеликом
посеянное слово.
Под удивлённым взглядом
заворожённой смерти
Нестройным звукорядом
кружит в морозном ветре.
23 января 1998 г.
 
 
Д Т П
Летние боги в ответе за всё
Дети дороги, куда вас несёт
Смерть на колёсах, - пьянящий азарт,
Медноволосое солнце в глазах.
Синий бессмертник растёт вдоль дорог
Случай – изменник устроил подвох,
Неосторожным движеньем смутил,
И придорожный венок уронил
В душной степи, у обочины трассы,
Вянут в пыли ваши цветы …
Ранняя гордость бывает горька
Плата за скорость всегда высока
Пойманным в сети беспечной езды
В пыльном кювете достались цветы.
Жезл фараона растаял, как тень,
Вянет сирень отзвучавших сирен
Звёздам несметным висящим вдоль трасс
Синий бессмертник расскажет про вас.
В летней степи, у обочины трассы
Вянут в пыли эти цветы.
 
 
* * *
Я выхожу к ночному морю.
С ним остаюсь наедине.
Штормит. Сижу и волнам вторю.
Никто не помешает мне.
Пустынный пляж. Холодный ветер.
Прибоя нервная игра.
Здесь, одинок и неприметен,
Могу пробыть хоть до утра.
Зеленоватым светом волны
Во тьме вскипают тут и там.
На горизонте бакен створный
Синкопы вспышек шлёт судам.
А выгнешь шею, запрокинув
Подальше голову назад,
Начнёшь, подручное отринув,
Проваливаться в звездопад.
Среди мерцаний звёздных ритмов,
В остекленелых небесах,
Царапины метеоритов
Обидно тают на глазах.
Ловлю глоток отдохновенья
В морской межзвёздной глубине –
Миг безвозмездного забвенья,
Где хорошо и грустно мне.
 
 
К 60-летию со дня рождения В. Высоцкого

В начале было слово
и слово было криком,
Потом явилась слава
в миру тысячеликом.
Смерть ошивалась рядом
поклонницей таланта
И пожирала взглядом
тщедушного атланта.
Невыносимой силы
бурлил кипящий кратер,
Но это был красивый,
классический театр.
Поющею утробой
нутро рвалось наружу;
От пота мокрой робой
вкрик выжимая душу.
В ретивости надрыва
под скоморошьи трели
Гнедые вдоль обрыва,
стремглав, вперёд летели.
Всем титрам, всем рутинам
назло ломая плети,
Пел, тигром реактивным,
мотаясь по планете.
Заманчивая участь –
быть баловнем фортуны,
И радуясь и мучась,
вставая на кортуны.
Но средь любви и дружбы,
порой бывает тесно
И манит голос чуждый
из поднебесной бездны.
Вечный эспада
Звездой эфира
Пребудь, поэт!
Пади иль взвейся
Грусти и смейся
Бессмертный танец
Танцуй душа
Пройди сквозь пламя
Останься с нами
Никто не станет
Тебе мешать
Взмах красной тряпки
И как пиявки
Глаза быка
На очной ставке
Со смертью в прятки
Нельзя никак
Тесно от крика
Ликует зритель
Арены ссор
Вечность – коррида
Твой бык – Юпитер,
Тореадор.
Пади иль взвейся
Грусти и смейся
Смертельный танец
Танцуй душа
От нервной дрожи
Вылазь из кожи
Никто не сможет
Тебе мешать

 
Бегущая по волнам

/ Фрези Грант /
Буйные ветры свистят над тобой,
Чёрные тучи несутся гурьбой,
Бури и штормы грозят, но вовек
Им не прервать твой стремительный бег.
Лишь маловерных не держит вода, -
Ты же – бесстрашна, упряма, горда –
Мчишься вперёд по высоким волнам –
К острову счастья, к нездешним мечтам.
Тайну откроет внезапный порыв,
Скуку прогонит, мечту подарив,
- Только поверьте в знамение слов –
В ласковом ветре услышите зов.
Море волнуется, море поёт,
Ветер попутчицу – песню несёт
Ты одиноко бежишь по волнам –
К острову счастья, к нездешним мечтам.
С волны - на волну, с волны - на волну
Спешишь на загадочный остров.
С волны – на волну, с волны – на волну:
Ты знаешь, что это так просто.
С волны – на волну, с волны – на волну
Беги на загадочный остров.
С волны – на волну, с волны – на волну:
Ты веришь, что это серьёзно.
 
 
Шторм

Швырнуть себя в закипевшее море;
Рыхлые гребни торпедой кроить;
Таранить волны в весёлом задоре;
Спелую пену горстями роить.
Забыть о том, что когда-то случалось;
Не знать о том, что случится потом;
И видеть лишь полыхающий парус
И слышать лишь громыхающий шторм.
Промыть мозги в этом диком рассоле
Проветрить их на свистящем ветру
Себе присвоив лихое раздолье
Затеять с ним круговую игру.
И приструнив невесёлые думы
Живые песни на струнах трунить
Они, проникнув в твой угол угрюмый,
Тебе протянут волшебную нить …
Приди вздохнуть полной грудью свободу,
Забыть тоску на горячем песке,
Стряхнуть свою наносную заботу,
Увидеть небо и море и степь.
С утра падёт белый солнечный ливень,
И новым светом наполнит твой взгляд
В ночи взойдёт месяц – мраморный бивень
Ударить ввысь, чтобы шёл звездопад …
Когда уснут отслужившие ткани –
Рванётся ввысь истомившийся дух.
Вся наша жизнь, как бега тараканьи –
Ему оттуда представится вдруг
Но есть и в ней настоящие вещи
Они повсюду – очнись, оглянись.
Когда рассвет на востоке забрезжит
Приди вдохнуть настоящую жизнь.
Швырнуть себя в закипевшее море;
Рыхлые гребни торпедой кроить;
Таранить волны в весёлом задоре;
Спелую пену горстями роить.
Забыть о том, что когда-то случалось;
Не знать о том, что случится потом.
И верить лишь в обретённую радость,
В огромный мир, в громыхающий шторм.
 
 
Коррида
/ посвящение Ф. Г. Лорке /
Трепет волненья
Сомнений бремя
Истлеет в прах
Время в мгновенье
Всё перемелет
Восторг и страх
Сцена, эстрада
Твой центр мира
Где клином свет