чтобы поместить сообщение или комментарий вам нужно войти под своим логином

логин

пароль

регистрация
забыл пароль



чтиво / репортаж

Московский концерт Swans

17.05.11 | Ярослав Забалуев ФОТО: Юлия Григорьева | www.gazeta.ru
Московский концерт Swans показал, что такое «терзание инструментов» на самом деле; для публики он стал способом пережить контузию, а для Майкла Джиры – возможностью продемонстрировать, что в свои 57 лет он остается одним из лучших в мире фронтменов.

Первые зрители появились около клуба Avant, что в пространстве Artplay на Яузе, больше чем за час до начала выступления Swans – клуб маленький, самым преданным хотелось занять выигрышные места. В помещение, впрочем, не пускали, а стены его сотрясали жутковатые звуки, будто внутри очень громко смотрели кино про войну или испытывали небольшой ракетный двигатель. В общем, было понятно, что легко этот концерт публике вряд ли дастся, тем более что для лидера группы Майкла Джиры русские, едва ли не в первую очередь, народ, победивший в Великой Отечественной войне (он готовился – незадолго до концерта он вешал у себя в «Фейсбуке» ссылку на статью в «Википедии» о Сталинградской битве), и пощады ждать не стоило.

Впрочем, бойня до поры откладывалась. Когда пустили в клуб, выяснилось, что вперед себя Джира выставил своего протеже Джеймса Блэкшо – юношу одутловато-славянской наружности с двенадцатиструнной акустической гитарой.

Блэкшо не пел, он лишь сорок минут, немного тушуясь, выводил возвышенные переборы, пока не пришло время уходить. Публика, утратившая интерес к молодому человеку, стала возвращаться к сцене, но не тут-то было. Нет, музыканты действительно вышли на сцену, но тут же ушли, оставив вместо себя громкое монотонное гудение, продолжавшееся около десяти минут. Лишь после этого на сцену вышел барабанщик и начал выстукивать на ксилофоне. Следом появился перкуссионист, потом слайд-гитарист, басист и гитарист – все исключительно колоритные. Последним вышел сам Джира в огромной белой ковбойской шляпе, и тут они уже все вместе дали понять, что то, что звучало до этого, – лишь тихое жужжание по сравнению с настоящим гвалтом, который зазвучал из колонок.

Это был тот редкий случай, когда «терзание инструментов» не было красивым преувеличением.

Как и обещал лидер группы в интервью «Парку культуры», музыканты играли за пределом человеческих возможностей. Продолжительность каждого шумового пассажа определялась, кажется, не предполагаемой партитурой, но физической выносливостью исполнителей, с которых градом лился пот, а напряжение мышц было видно даже под строгими черными рубашками. Слушателям тоже досталось – несмотря на вполне достойный звук, было очень громко и при этом совершенно непредсказуемо: скоростные запилы сменялись шаманскими ритмами, а визжащий кларнет – соло на варгане. В таких обстоятельствах совершенно не оставалось времени и сил на то, чтобы отличать друг от друга песни, улавливать нюансы гармоний и время от времени проступавших мелодий. Это была живая, осязаемая демонстрация того, за что Swans пользуются не ослабевающей культовой популярностью и уважением самых разных музыкантов по всему миру.

Дело в том, что группа, кажется, понимает музицирование как тяжелую физическую работу, попытку облечения самого абстрактного из искусств в материальную, предельно неограненную форму, кусок живой породы.


Формально программа нынешнего тура составлена преимущественно из песен с первого после реюниона альбома «My Father Will Guide Me Up A Rope To The Sky» – первой, например, оказалась растянутая на полчаса «No Words/No Thoughts». Однако за время гастролей песни претерпели кардинальные структурные изменения, срослись в монолитный кусок звука продолжительностью чуть больше двух часов. Джира, который хлестал себя по щекам, залезал рукой в штаны, высовывал язык и багровел во время особенно напряженных пассажей, выглядел на этом фоне настоящим шаманом-дирижером и одним из лучших фронтменов на свете.

Выделять же отдельные фрагменты дело не только неблагодарное, но и довольно бессмысленное – искомый эффект достигается только посредством цельного законченного опыта, которым и стал концерт Swans.

Эффект этот вернее всего будет описать так: представьте себе, что вас два с лишним часа били по голове пыльным мешком (некоторые зрители неиллюзорно оглохли и, выйдя из клуба, с трудом могли даже перекрикиваться), сопровождая экзекуцию высокодуховной проповедью (среди прочего прозвучала, например, песня под названием «Eden Prison»). Тем более что этот образ гораздо ближе к истине, чем может показаться. Понимая музицирование как преодоление, Swans физически, буквально как пыль, выбивают из себя и слушателя по возможности все человеческое, оставляя... Ну да, сверхчеловеческое, наверно. Впрочем, когда все закончилось, что было важнее, невыносимая громкость или произведенный ей эффект, каждый решил для себя сам


комментарии


чтобы поместить сообщение или комментарий вам нужно войти под своим логином